голоса +1
просмотры 289

История открытия первичной зрительной коры головного мозга.

Человек с совершенно здоровыми глазами может ослепнуть, если у него будут повреждены задние отделы мозга. Объясняется это просто: в самых задних (затылочных) долях обоих полушарий головного мозга расположен главный центр зрения — так называемая первичная зрительная кора. При поражении этой коры мозг не может воспринимать подавляющее большинство сигналов, поступающих от глаз.

Такое объяснение, может быть, и простое; однако доказать, что отдельный участок коры (т.е. слоя серого вещества, покрывающего полушария головного мозга) отвечает за зрительное восприятие, было отнюдь не просто и для этого потребовалось более века. В захватывающей истории открытия первичной зрительной коры бывали и остроумные решения, и тонкие наблюдения, и безумные идеи, и горькие разочарования. Важен итог: по мере изучения зрительной коры углублялось понимание того, как работает мозг и как видит человек.

Когда мы смотрим на какой-нибудь предмет, исходящие от него лучи света формируют на сетчатке его перевернутое изображение. Сетчатка располагается на задней поверхности глазного яблока и представляет собой сложную структуру из фоторецепторов и соединенных с ними нервных клеток. В сетчатке изображение предмета переводится на язык нервных импульсов, которые по зрительным нервам, как по проводникам, передаются в мозг. Вначале эти импульсы попадают в латеральные коленчатые тела — парные скопления нервных клеток в глубинных отделах головного мозга. От правой стороны поля зрения сигналы поступают в латеральное коленчатое тело левого полушария, а от левой стороны поля зрения — правого.

В каждом из полушарий сигналы от латерального коленчатого тела идут в затылочные доли того же полушария, а именно в первичную зрительную кору. Здесь происходит первичная обработка зрительного образа, а затем переработанная информация поступает в другие отделы мозга. Эти отделы, в свою очередь, осуществляют дальнейшую обработку информации, интерпретируют ее и используют для регуляции движения глаз или конечностей.

Первые исследования, которые в дальнейшем привели к открытию первичной зрительной коры, начались в конце XVIII в. — примерно за 50 лет до того, как клетка была признана основной структурной и функциональной единицей живого организма и более чем за 100 лет до описания особых свойств нейронов (нервных клеток), являющихся основными элементами головного и спинного мозга. Не обладая всеми этими знаниями, исследователи того времени не могли хорошо понимать, как работает мозг, однако они многое сделали в изучение его внешнего строения.

Так, в 1783 г. шотландский анатом Александр Монро-сын опубликовал книгу, в которой тщательно (и очень красиво) изображались основные отделы мозга, в том числе серое вещество коры больших полушарий и более глубинно расположенное белое вещество. Однако в этой книге кора была представлена как сплошной однородный слой серого вещества. Сегодня известно, что на самом деле кора разделяется на слои, различающиеся по типу содержащихся в них нервных клеток и расположению, как самих этих клеток, так и их аксонов (длинных отростков, отходящих от клеточных тел и служащих проводниками нервных сигналов), образующих нервные волокна.

Представления о коре головного мозга как однородной структуре оказались устаревшими уже тогда, когда была опубликована книга Монро. За 7 лет до ее появления итальянец Франческо Дженнари, двадцатичетырехлетний студент, изучавший медицину в Пармском университете, начал подробное исследование головного мозга. Он замораживал мозг с помощью льда, изучал его поверхностное строение, а затем рассекал для того, чтобы описать не только поверхностные, но и глубинные структуры. В 1782 г. Дженнари суммировал свои наблюдения в монографии под названием De Peculiari Structure Cerebri, которая была опубликована знаменитым издателем и книгопечатником Джамбаттистой Бодони.

В этой книге, которая в то время не привлекла особого внимания, Дженнари отметил, что кора не является однородной. Он обнаружил, что серое вещество разделено белым слоем (на разрезах этот слой выглядит, как полоска), идущим параллельно поверхности мозга.

Находка Дженнари удивила его самого. Он писал: «Никто из анатомов, кого я когда-либо читал, не говорил о том, что в мозге, кроме коркового и мозгового вещества, есть еще одно вещество, которое я называю третьей субстанцией мозга». («Мозговое вещество» — это белое вещество, лежащее ниже коры. Сегодня мы знаем, что оно состоит в основном из нервных волокон, покрытых беловатым слоем, так называемого миелина. «Третья субстанция», или пучок Дженнари, очевидно, также состоит из миелинизированных аксонов, передающих сигналы в пределах затылочной доли.)

 Дженнари не только обнаружил пучок миелинизированных нервных волокон, носящий ныне его имя, и тем самым указал на неоднородность структуры коры, но также увидел, что в различных отделах мозга кора выглядит по-разному. Так, белая полоска, которая «иногда имеет вид одиночного пучка, а иногда двух отдельных параллельных пучков», плохо заметна в передних отделах мозга, но «становится все более отчетливой в задних отделах» и, в частности, в области, в которой, как мы теперь знаем, расположена первичная зрительная кора. Из примечания к книге видно, что впервые Дженнари увидел эту полоску 2 февраля 1776 г.

Таким образом, с помощью простейших методов, задолго до появления методов окрашивания, открывших эру микроскопического исследования мозга, Дженнари положил начало учению об архитектонике головного мозга, т.е. о локальных особенностях в строении коры. Однако, поскольку Дженнари был мало известен ученому миру, его заслугу в открытии изменчивой белой полоски в коре признали лишь век спустя.

есть лучший ответ
пользователь | категория: Образование и наука
редактировать пользователь | просмотры 289

4 Ответы

голоса 0
Лучший ответ
Тем временем два других ученых назвались (или были названы) первооткрывателями белой полоски в коре. Профессор анатомии Геттингенского университета Самуэль Томас Зоммеринг заявил, что он описал эту полоску за 4 года до Дженнари в книге, опубликованной в 1778 г. Действительно, в книге Зоммеринга упоминался некий пучок, но, во-первых, он был описан как желтоватый, а во-вторых, он был обнаружен в мозжечке. На самом деле в данном отделе мозга такого пучка нет. Вероятно, Зоммеринг либо увидел один из слоев серого вещества, покрывающего мозжечок, либо имел дело с артефактом применявшихся им методик.

Несмотря на заявление Зоммеринга, честь открытия полоски в головном мозге была отдана выдающемуся французскому анатому Феликсу Вик д’Азиру. В 1786 г., т.е. через 4 года после появления монографии Дженнари, Вик д’Азир описал белую полоску и ее расположение в замечательном фундаментальном труде по анатомии “Traits d’Anatomie”. В связи с большим авторитетом этого ученого структура стала известна под названием полоски Вик д’ Азира. Лишь в 1982 г. австрийский анатом Генрих Оберштейнер, обратив внимание на даты публикаций Дженнари и Вик д’Азира, пересмотрел их роль и с тех пор белая полоска вновь называется пучком Дженнари.

Сегодня Дженнари - один из наиболее цитируемых анатомов всех времен. Однако это имя неизвестно большинству населения его родного города и даже большей части студентов университета, где он сделал свое открытие.

Он родился в маленькой деревне Матталето, что находится в предгорьях Апеннин в 25 км от Пармы. В 1776 г. он закончил медицинскую школу и, желая устроиться в корпорацию врачей, занялся как врачебной практикой, так и анатомическими исследованиями. Результатом их и явилась его книга. Через год после выхода в свет этого труда он получил стипендию для продолжения исследований в университете, однако ничего больше не опубликовал. Жизнь Дженнари была полна несчастий и лишений (отчасти из-за неудержимой страсти к игре в карты), и умер он больным и нищим в 45 лет.

Пока Дженнари не потерял себя, он был удивительно талантливым ученым. Так, он понял, что структурные различия, обнаруженные им в коре, отражают различия функциональные. Однако узнать, в чем же эти функциональные различия заключаются, Дженнари не смог.

Вскоре после опубликования книги Дженнари начались серьезные экспериментальные исследования с целью понять деятельность коры головного мозга. В этих опытах, проводившихся на животных, обычно делалось определенное повреждение мозга и изучалось нарушение соответствующих функций. Благодаря этим опытам, а также наблюдениям над людьми с повреждениями головного мозга к 1850 г. сложилось убеждение в том, что кора головного мозга необходима для движений, ощущений и мышления.

Однако к этому времени еще не хватало данных для того, чтобы сделать следующий важный шаг — осознать, что повреждения определенной локализации приводят к нарушению определенных функций. Сама идея локализации функций в коре была дискредитирована зародившимся в первой половине XIX в. псевдонаучным направлением, известным под названием френологии. Согласно учению ее создателя — выдающегося анатома Франка Йозефа Галля, работавшего в Вене, а затем в Париже, — в мозге имеется столько отдельных областей, сколько у человека психических способностей, Он считал, что форма черепа отражает форму мозга и поэтому такие черты личности и характера, как, например, жестокость или обжорство, можно определить путем ощупывания головы. Ученик Галля Йоганн Шпурцхайм развил эту концепцию и привлек к ней интерес врачей и широкой общественности.

Некоторые экспериментальные данные, полученные в первой половине XIX в., противоречили, казалось бы, идее локализации функций. Так, французский физиолог Пьер Флуранс показал, что у животных единичное повреждение переднего мозга приводит к целому «букету» изменений: оно могло вызывать потерю чувствительности, трудности в «понимании» сенсорной информации и в инициации движений. Флуранс пришел к выводу, что чувствительность, восприятие и волю нельзя разделить и что отвечающие за них структуры диффузно распределены в коре. «Главный принцип — единство; оно вездесуще и ему подчинено все, — писал Флуранс. — Таким образом, нервная система — это один цельный комплекс. Идеи Флуранса нашли отклик и поддержку.

В третьей четверти XIX в. три открытия вернули привлекательность концепции локализации психических функций. В 1861 г. французский врач Поль Брока сообщил, что у одного из его пациентов поражение в области левой лобной доли вызвало постоянное расстройство речи. Несколькими годами позже лондонский невропатолог Джон Хьюлингз Джексон описал особые эпилептические припадки, начинающиеся ритмичными движениями какой-либо части тела и затем распространяющиеся в определенной последовательности на соседние участки. Это свидетельствовало о том, что рядом расположенные участки мозга контролируют соответственно расположенные участки тела.

Наконец, в 1870 г. немецкие физиологи Густав Теодор Фрич и Эдуард Гитцнг проделали эксперимент, который оказался, судя по всему, самым сильным стимулом для новых исследований в области корковой локализации функций. Они раздражали электрическим током определенные отдельные участки коры лобной доли у собаки и наблюдали, что в ответ на эти воздействия возникали движения конечностей или каких-либо других участков тела на стороне, противоположной раздражаемому полушарию. Хирургическое удаление участка, раздражение которого вызывало движение конечности, приводило к тому, что животное утрачивало контроль над данной конечностью. Эти результаты интерпретировали по-разному; одно из разумных объяснений состоит в том, что, в противоположность бытовавшим тогда взглядам, по меньшей мере, часть коры отвечает за вполне определенную функцию, а именно за движение.
пользователь
выбрал пользователь
голоса 0

В поисках локализации функций пытались найти центры, отвечающие и за другие процессы, в частности за зрение. Первым заявил об обнаружении центра зрения английский невропатолог и физиолог Дэвид Ферриер (он сначала работал в лаборатории, предоставленной ему в Психиатрической больнице Западного райдинга графства Йоркшир, а затем в Кингз-Колледже Лондонского университета). Всесторонне изучив влияние переменного тока на головной мозг животных, Ферриер подтвердил, что раздражение определенных участков мозга приводит к определенным движениям. Экспериментируя с обезьянами, он заметил, что раздражение так называемой ангулярной извилины в теменной доле вызывает движение глаз. Это навело Ферриера на мысль о том, что ангулярная извилина вполне может быть искомым зрительным центром головного мозга.

Для того чтобы проверить свою идею, он удалял у обезьян ангулярную извилину и анализировал последствия. Результаты таких опытов создавали впечатление, что одностороннее удаление этой структуры приводит к потере зрения противоположным глазом, а двустороннее удаление — к полной слепоте.

Фактический материал, на основании которого Ферриер сделал вывод о полной потере зрения, в основном представлял собой описание наблюдений. Одно из них, например, состояло в том, что обезьяна, очень любившая чай, казалась неспособной разглядеть чашку чая, помешенную прямо перед ее глазами. В докладе Ферриера Лондонскому Королевскому обществу, сделанном в 1875 г., и в его книге “Functions of the Brain”, изданной в 1876 г., об этом рассказано так: «Если чашку чая ставили у самых губ животного, то оно начинало жадно пить. Затем чашку отодвигали, так что животное теряло с ней непосредственный контакт, и хотя ему очень хотелось еще попить, о чем свидетельствовали все его движения, оно не могло найти чашку, стоявшую прямо перед его глазами. Этот опыт был повторен многократно с одинаковым результатом. Наконец, когда чашку вновь приводили в соприкосновение с губами обезьяны, она сразу окунала туда морду и начинала пить, хотя чашку постепенно опускали и переносили по комнате». Разрушения в области затылочных долей не приводили к таким нарушениям, и потому у Ферриера не было оснований считать, что эти доли играют важную роль в зрительном восприятии.

Выводы Ферриера были противоречивы. Наиболее ярым его оппонентом стал профессор физиологии Берлинского ветеринарного института Герман Мунк, который начал свои опыты вскоре после того, как приступил к вышеописанным исследованиям Ферриера. Он пришел к правильному выводу: слепота возникает в результате разрушения затылочных долей, а не теменных. Он обнаружил, что одностороннее удаление затылочной коры приводит к гемианопсии: у обезьян выпадала одна половина поля зрения. Поскольку при этом каждый глаз частично утрачивал зрение, Мунк пришел к выводу, что от обоих глаз информация идет как к левому, так и правому полушарию. Кроме того, он показал, что двустороннее удаление затылочной коры приводит к полной слепоте.

Мунка никак нельзя назвать доброжелательным по отношению к его оппоненту. В статье, написанной в 1881 г., он приводит два своих высказывания в Берлинском физиологическом обществе: «В моем первом сообщении по физиологии коры, которое я сделал в марте прошлого года, я ничего не сказал об опытах Ферриера на обезьянах, потому что о них нельзя было сказать ничего хорошего». Когда на следующем заседании Мунка попросили объясниться по этому поводу, он в итоге довольно много сказал о работах Ферриера. Сначала Мунк перечислил некоторые его выводы, среди которых было не только утверждение того, что ангулярная борозда является у обезьян центром зрения, но также предположение о том, что затылочные доли являются центром голода! Затем он сказал, что заключения Ферриера — это «не имеющие никакой ценности беспочвенные построения, поскольку г-н Ферриер обследовал животных очень поверхностно и лишь весьма ограниченное время после операции, когда функции головного мозга вообще угнетены. Если, утверждая это на основании анализа всех работ г-на Ферриера, я и зашел слишком далеко, то мне остается лишь как можно быстрее принести свои извинения. Однако из опытов ясно, что я сказал ... скорее слишком мало, чем слишком много. Г-н Ферриер не сделал ни одного правильного вывода, и все его утверждения оказались ошибочными».

Отношения между этими двумя исследователями были столь нелицеприятными, что психолог и философ XIX в. Уильям Джеймс написал в своем пособии по психологии: «Вопрос о локализации функций в мозге как-то особо влияет на характер тех, кто исследует его экспериментально. Категоричность Мунка в обсуждении наблюдений и чванство в теории привели к полному падению его авторитета».

Однако история рассудила иначе: Мунк не утратил свой авторитет, и общепризнано, что именно он четко доказал исключительную роль затылочных долей для зрения. Несмотря на это, работа Ферриера требует более внимательного анализа, так как, во-первых, разрешены еще далеко не все вопросы и, во-вторых, полученные им результаты на деле все же дают ключ к пониманию обработки зрительной информации в мозге.

Почему же Ферриер не наблюдал четкую потерю зрения после повреждения затылочных долей, и что на самом деле происходило с теми обезьянами, у которых, казалось, возникала слепота после разрушения ангулярной извилины? Отсутствие слепоты после повреждения обеих затылочных долей объяснить несложно. Почти в каждом случае Ферриер удалял большую часть этой области мозга, а именно расположенную позади глубокой борозды, называемой лунной. Это означает потерю большей части первичной зрительной коры, но кое-что от нее все-таки оставалось. А даже если остается лишь несколько миллиметров зрительной коры, потеря зрения не так уж велика, потому что (в этом мы убедимся ниже) на относительно небольшие участки первичной зрительной коры проецируются значительные области периферического поля зрения.

Таким образом, в экспериментах Ферриера обезьяны, вероятно, теряли центральное зрение, но полная слепота у них не наступала. Возможно, частичная утрата зрительной функции каким-то образом во многом компенсировалась. Обезьяны быстро научаются использовать малейшие зрительные возможности, остающиеся после удаления участков мозга, и в этом им помогает способность быстро двигать глазами и головой. Мунк же вызывал у животных слепоту, удаляя, скорее всего, кроме прочих областей, еще и большие участки медиальной поверхности полушарий, т.е. их внутренних поверхностей, которыми они прилежат друг к другу. А именно в области медиальных поверхностей расположена большая часть первичной зрительной коры.

Что касается тех опытов Ферриера, в которых он наблюдал наступление слепоты после удаления ангулярной извилины, то, судя по описанию активности обезьян, можно предположить, что Ферриер случайно обнаружил не зрительный центр мозга, а область, существенно важную для управления визуально контролируемыми движениями. Благодаря этой способности человек может, например, аккуратно сорвать ягоду с куста или идти по оживленной улице, ни с кем и ни с чем не сталкиваясь. Возможно, в опытах Ферриера животные теряли способность управлять своими движениями с помощью зрительной информации и именно поэтому им было трудно дотянуться до пищи, стоящей прямо перед глазами.

В конце концов, и сам Ферриер, должно быть, признал свою ошибку. В его первых опытах обезьяны жили лишь 3-4 дня после операции из-за неизбежных инфекционных осложнений. В дальнейшем, когда он стал применять стерильные хирургические методы Джозефа Листера, позволявшие подопытным животным не погибнуть и оправиться, обнаружилось, что по-настоящему слепыми они не были. Из описаний поведения этих обезьян, восстановившихся после операций, ясно, что главным последствием разрушения ангулярной извилины была потеря управления зрительно контролируемыми движениями.

пользователь
голоса 0

В то время как Ферриер продолжал изучение ангулярной извилины, выводы Мунка о затылочных долях как центре зрения получали все большее признание. К 1890 г. Эдвард Альберт Шарпи-Шефер, профессор физиологии в медицинском колледже Лондонского университета, воспроизвел опыты Мунка; кроме того, накопились сообщения врачей о случаях частичной слепоты у людей после поражения затылочных долей.

В 1892 г. шведский невропатолог Саломеи Эберхард Геншен, работавший в Упсальском университете, обобщил имевшиеся к тому времени клинические данные. Он собрал все доступные ему истории болезни тех случаев, в которых, с одной стороны, поражение мозга приводило к выпадению правой или левой половины поля зрения, а с другой — имелись патологоанатомические данные о локализации поражения в соответствующем полушарии. В каждом случае пораженной оказалась область затылочной коры, включающая и окружающая хорошо выраженную на медиальной поверхности обоих полушарий шпорную борозду. Именно здесь расположена та часть коры, в которой пучок Дженнари наиболее заметен.

Таким образом, более чем век спустя Геншен подтвердил предположение Дженнари о том, что кора, в которой выражена белая полоска — «полосатая» (стриарная) кора, — играет особую роль. Фактически Геншен окончательно подтвердил, что полосатая кора служит не более и не менее как первичным зрительным центром головного мозга.

Итак, зрительные образы проецируются в область полосатой коры. Каковы же принципы и порядок этой проекции? Геншен предположил, что центральным областям поля зрения соответствует передняя часть полосатой коры, а периферическим — задние части. Однако его гипотеза оказалась неверной.

Ошибка Геншена объясняется тем, что он располагал лишь грубыми данными: у его пациентов были обширные поражения мозга. Следовало изучать случаи частичного поражения полосатой коры, сопровождавшиеся выпадением той или иной области поля зрения. Подобные случаи характерны для боевых ранений, которые принесла разразившаяся вскоре очередная война.

В 1904-1905 гг. в Азии происходили тяжелые бои между русской царской армией и японскими войсками. В этих сражениях участвовало более 500 тыс. солдат, и было множество раненых. Изучение последствий ранений в голову дало молодому японскому врачу Тацудзи Иноюэ обширный материал, вполне достаточный для того, чтобы разработать довольно точную схему проекции полей зрения в головном мозге человека. Данные Иноюэ «перевернули» модель Геншена: на самом деле центральные области поля зрения проецируются на задние области зрительной коры, а периферические участки — на передние.

Несмотря на большой вклад Иноюэ в науку о мозге, имя его многие годы оставалось неизвестным.

Тацудзи Иноюэ родился в Токио в 1881 г., получил медицинское образование в Токийском университете и до русско-японской войны работал под руководством одного из известных офтальмологов того времени. Затем он стал армейским врачом и во время войны обследовал немало японских солдат, частично утративших зрение из-за пулевых ранений в голову. Кроме того, он обследовал раненых, которых к нему посылали другие врачи, а также одного японского солдата, раненного во время «боксерского» (ихэтуаньского) восстания в Китае в 1900 г.

Разработке схемы организации зрительного центра способствовало то, что в русской армии были введены винтовки нового типа - модель Мосина-Натана образца 1891 года. Эти винтовки стреляли пулями меньшего калибра (7,62 мм), которые летели с более высокой скоростью (620 м/с). Такие пули часто проходили через череп, не разрывая его на части. Раненые при этом теряли сознание на время от нескольких часов до нескольких суток, но затем состояние их достаточно улучшалось и они могли принимать участие в исследованиях Иноюэ (в чем они были и лично заинтересованы, так как размер пенсии раненым зависел от величины ущерба здоровью, в данном случае от степени утраты зрения).

Предложенная Иноюэ схема корковой проекции полей зрения основана на обследовании 29 раненых. Для каждого из них он составил подробные карты поля зрения обоих глаз (образы, которые видят левый и правый глаз, несколько различаются) и определил участок повреждения черепа. Чтобы точно установить, какая часть мозга была поражена, Иноюэ соотносил входное и выходное пулевые отверстия и рассчитывал, какая часть мозга должна быть затронута, полагая, что пулевой канал через мозговую ткань прямой. Основанием для этого положения послужил анализ случаев ранения при стрельбе в положении лежа, когда пуля прошивала череп насквозь и вновь входила в плечо или предплечье. В таких случаях все три отверстия всегда располагались на одной прямой (это было также связано с высокой скоростью пуль русских винтовок).

Иноюэ не только исправил ошибку Геншена о проекции зрительных образов в коре, но выявил еще одну важнейшую особенность организации полосатой коры. Он открыл, что пропорции зрительного образа в коре не сохраняются. Иноюэ не дал точного описания пропорции проекций, однако показал, что наиболее обширный участок полосатой коры отражает центральную область поля зрения. Этого и следовало ожидать, поскольку в области желтого пятна сетчатки (т.е. области центрального зрения) зрительные клетки располагаются с наибольшей плотностью.

Иноюэ умер 12 лет назад в возрасте 96 лет, однако на его работы долгое время не обращали внимания. Отчасти это связано с тем, что во время первой мировой войны известный английский невропатолог Гордон Холмс и его коллега Уильям Тиндал Листер разработали более удобную и детальную схему проекции полей зрения на зрительную кору. Именно их схему стали воспроизводить в учебных пособиях и она получила широкое распространение.

Холмс и Листер шли тем же путем, что и Иноюэ. Эти два исследователя работали в английских военных госпиталях и изучали дефекты зрения после ранений, затрагивающих затылочные доли головного мозга. Несмотря на то, что их данные большей частью соответствовали результатам Иноюэ, они были не согласны с ним в одном важном вопросе. Иноюэ, так же как и многие исследователи до и после него, лишь очень редко наблюдал полное выпадение одного поля зрения даже при обширных повреждениях левой или правой затылочной доли. Чаше у раненого оставалась маленькая область видения в центре полей зрения — в той их части, свет от которой падает прямо на желтое пятно. Из этого следовало, что центральные области имеют двойную проекцию — ив левой, и в правой половинах мозга. Холмс и Листер активно отрицали такую «двойную проекцию центра». Они считали, что во всех случаях данное явление связано с недостаточно обширным поражением затылочных долей. Кто же был прав? Очевидно, «двойная проекция центра» все же существует, хотя однозначного объяснения этому явлению нет.

Работы Холмса и Листера по существу завершают этап открытия первичной зрительной коры и общего описания ее функций. Хотелось бы, однако, отметить, что ни они, ни другие исследователи, о которых здесь шла речь, вовсе не единственные важные действующие лица в этой увлекательной драматической истории, растянувшейся на десятилетия.

пользователь
голоса 0

С тех пор как появились схемы Иноюэ и Холмса, мы многое узнали об организации коры головного мозга в целом и полосатой коры в частности. Так, теперь известно, что области коры, прилежащие к полосатой коре и простирающиеся дальше в височные и теменные доли, отвечают главным образом за зрительные функции и получают информацию преимущественно от полосатой коры (прямо или косвенно). Выяснилось, что у обезьян и человека примерно половина всей коры головного мозга отвечает за обработку зрительных образов. Исследования переработки зрительной информации в мозге ни в коей мере нельзя считать законченными. Сегодня главная задача заключается в том, чтобы выявить особые функции тех отделов, которые не входят в полосатую кору. К таким функциям может относиться восприятие цвета, формы и движения, а также использование этой информации для узнавания знакомых предметов и управления движениями тела.

Многие исследователи, работающие над подобными вопросами, глядят больше в будущее, чем в прошлое. Но знание истории вопроса — существенная поддержка ученому в процессе познания, который нередко приносит разочарования. В изучении первичной зрительной коры, как почти в любой новой области, продвижение было сначала медленным, и лишь по достижении определенного этапа технического и теоретического прогресса стали возможными многие фундаментальные открытия. Лабораторные опыты на животных помогли выяснить организацию мозга, которая сначала казалась хаотической. Иногда такая работа приводила к ошибкам, но дальнейшие эксперименты подтверждали полученные факты и разрешали противоречия. Результаты этих исследований позволили врачам лучше понимать возникающие у больных нарушения и открыли новую эру плодотворного исследования удивительной работы человеческого мозга.

пользователь

Похожие вопросы

голоса +2
ответы 3
спросил пользователь Сергей 20 Дек, 16 | категория: Образование и наука | просмотры 159
голоса 0
ответ 1
спросил пользователь GeFo 06 Фев, 17 | категория: Бизнес и финансы | просмотры 55
голоса 0
ответ 1
голоса 0
ответы 2
спросил пользователь GeFo 08 Июнь, 17 | категория: Образование и наука | просмотры 93
голоса 0
ответ 1
спросил пользователь GeFo 29 Март, 17 | категория: Образование и наука | просмотры 142
голоса 0
ответ 1
спросил пользователь Лиза 14 Фев, 17 | категория: Образование и наука | просмотры 129
голоса 0
ответ 1
спросил пользователь Лиза 13 Фев, 17 | категория: Образование и наука | просмотры 62
1,703 вопросов
ответы 4,278
17 комментариев
2,749 пользователей